По страницам журнала «Отопление и вентиляция» за 1938 год

Опыт применения местного притока под ткацкий станок

По предложению Хлопкопроекта гигиеническое отделение Института по изучению профессиональных болезней им. В. А. Обуха совместно с Ивановским институтом охраны труда и производственной лабораторией при фабрике им. Октябрьской революции провело испытание эффективности подачи приточного воздуха под ткацкий станок. Задача института им. Обуха в этой общей работе сводилась к гигиенической оценке данного опыта.

Исходя из потребностей технологического порядка, в ткацких залах наряду с приточной (рециркуляционной) вентиляцией нередко приходится прибегать, как известно, к доувлажнительным системам. Возможность избежать устройства таких систем и вместе с тем придать определенную влажность основе без увлажнения воздуха всего ткацкого зала обещает значительную экономию на эксплуатации вентиляционно-увлажнительных систем, в то же время эта мера представляет определенный гигиенический интерес, поскольку она позволит создать несколько лучшие метеорологические условия в рабочем помещении.

В случае удачного технического разрешения идеи местного притока, надо думать, отпадут и требования технологов к условиям влажности во всем ткацком зале, так как эти требования рассчитаны на увлажнение основы через общую атмосферу, что при местном притоке перестанет быть необходимым.

Хлопкопроектом была запроектирована и осуществлена на фабрике им. Октябрьской революции опытная установка с подачей приточного воздуха под ткацкий станок. Для этого четыре ткацких станка АТТ-5 были изолированы за молескиновые завесы. Приточный воздух под станки № 1, 2, 3 и 4 подавался от рециркуляционного агрегата Кестнера, расположенного около подопытного участка и снабженного вентилятором ЦАГИ № 7. Воздух подводился из общей магистрали при помощи металлического воздуховода, который передавал его под потолком подвала в деревянные короба, отсюда воздух распределялся под каждый станок (рис. 1). Насадки были расположены под станками между коленчатым валом и навоем, ближе к последнему. Все насадки были снабжены металлическими сетками для предохранения от попадания в короб металлических деталей станка и других посторонних предметов. Кубатура подопытного участка составляла около 120 м³.

В программу исследования влияния местного нижнего притока на санитарно-гигиеническое состояние воздушной среды входило: 1) определение скоростей воздушных потоков, образующихся вокруг станков при заданной подаче, 2) характеристика метеорологических условий, связанных с указанной подачей (влажность воздушной среды и ее температурные параметры), 3) характеристика запыленности воздуха и 4) опрос работниц и персонала, обслуживающего станки, о субъективном самочувствии при подаче притока из нижней зоны.

Методика исследования

Наблюдения за скоростями воздушных потоков вокруг станка и в середине подопытного участка производились двумя способами: электроанемометром конструкции ВЦИОТ и кататермометром Хилла. Все замеры температуры и влажности подаваемого воздуха и воздуха в подопытном участке производились психрометрами Ассмана и Августа. Запыленность воздуха исследовалась путем пропуска его через аллонжи и последующим взвешиванием (весовой метод), а также при помощи определения количества свободно оседающей пыли на 1 м² площади за 1 час. Кроме того, определялась дисперсность пыли.

Для проведения всех указанных выше замеров намечены были следующие посты: пост I — между станками № 1 и 2 (рис. 1) в подопытном участке и пост II — в середине общего ткацкого зала. Измерение температуры, влажности и подвижности воздуха производилось на трех уровнях: 0,5, 1,5 и 3 метров от пола и на разных расстояниях от станков согласно точкам, указанным на рис. 2. Помимо этого, произведены были замеры параметров воздуха вокруг станка (у грудницы, навоя и сбоку станка), на разных уровнях от пола. Кроме общего зала и экспериментального отгороженного участка, наблюдению подвергались два контрольных станка № 5 и 6, находящиеся в общем зале рядом с выделенным подопытным участком.

Предварительно было произведено испытание пяти типов насадков (рис. 3), но некоторые из них оказались непригодными по гигиеническим соображениям, так как создавали сильные токи воздуха на рабочих местах (насадки II и III с направлением воздуха на навой). Другая же часть этих насадков в ходе исследования была забракована по следующим причинам: 1) направление на грудницу имеет серьезные отводы со стороны технологов вследствие забрасывания частей станка пылью и влагой, 2) прямой высокий насадок, а также щиток сзади навоя неудобны в смысле ухода за станком.

В результате произведенных предварительных анализов скоростей, температур и влажности воздуха подопытного участка совместное совещание представителей Хлопкопроекта, Института им. Обуха, Ивановского института охраны труда и опытного отдела фабрики решило остановиться на двух видах насадков для подачи притока под станок, а именно на насадках № 1 (прямом) и № 5 (прямом со щитком с внутренней стороны навоя), как наиболее отвечающих требованиям санитарно-гигиенического и производственного порядка. Для исследования были установлены объемы в 300 и 200 кубометров в час, как вполне отвечающие требованиям производственников и проектирующих организаций.

В целях определения эффективности приточной вентиляции первым этапом испытаний было выявление запыленности воздуха подопытного участка без подачи притока под станок. Согласно принятой методике все исследования для каждого режима повторялись троекратно во избежание возможных ошибок.

Исследование запыленности при подаче притока через насадок № 1 (прямой) и № 5 (со щитком) производилось также троекратно и при двух режимах подачи притока в один день (то есть при подаче в 200 и 300 кубометров в час) для возможности сравнения при сохранении без изменения всех остальных условий (производственных, метеорологических и других).

Исследования запыленности в цехе (пост II) проводились в соответствии с опытами в подопытном участке и повторялись дважды.

В дальнейшем, по окончании пылевых исследований в участке выделенных машин, Хлопкопроектом было принято решение остановиться на насадке № 5, как наиболее подходящем в смысле ослабления влияния влажного воздуха на коррозию деталей станка, а также и в других отношениях. Выяснилась необходимость в дополнительных технологических наблюдениях над работой станков при этих условиях (то есть при насадке № 5 со щитком), что и было осуществлено на этом дополнительном этапе работ. В нашу задачу входило наблюдение над метеорологией и скоростями токов воздуха в подопытном участке при указанных условиях. В своем анализе мы объединяем полученные материалы всех этапов исследования.

К сожалению, в условиях опыта невозможно было проверить тепловой баланс и баланс влаги по выделенному участку, так как изоляция четырех опытных станков была для этого недостаточной.

Запыленность воздуха при разных условиях организации притока

Запыленность воздуха в ткацком зале при выработке тонких сортов хлопчатобумажных тканей вообще бывает невелика, редко превышая 3 мг на 1 м³ воздуха. В данном случае в общем ткацком зале, где вырабатывались тонкие сорта тканей (основа № 4, уток № 34, плотность по утку на 1 см 55,1 нити), средняя запыленность воздуха (на основании 5 замеров в разные дни) была в рабочей зоне 2,2 мг/м³, а общая средняя по всем уровням — 2,3 мг/м³. При такой незначительной запыленности проведение сравнительных исследований в разных условиях вентиляции крайне затруднительно, так как точность методики весового определения концентраций пыли в воздухе не настолько велика, чтобы выявить различия в пределах небольших колебаний. Поэтому мы вынуждены поставить вопрос не в плоскости определения колебаний запыленности, а лишь в плоскости констатации наличия или отсутствия резких сдвигов.

Такого рода сдвигов в сторону ухудшения при всех вариантах испытуемой приточной вентиляции мы не наблюдали. Наоборот, при подаче притока под ткацкий станок концентрации пыли в воздухе на экспериментальном участке в общем были меньше, чем в ткацком зале. Таким образом, можно даже говорить о некоторой тенденции к уменьшению запыленности в условиях притока под станок. Так, сравнивая итоговые данные исследования, мы имеем следующую среднюю запыленность воздуха (табл. 1).

Держась в пределах точности метода, мы можем на основании табл. 1 определенно утверждать, что подача притока под ткацкий станок при тех объемах и скоростях подачи, которые испытывались, и в условиях выработки тонких сортов хлопчатобумажных тканей никаких ухудшений в состояние запыления воздуха не вносит.

Каковы будут результаты при больших объемах и скоростях подачи, а также при выработке грубых хлопчатобумажных тканей или тканей из другого сырья (лен, шерсть), мы сказать не можем, и вывод наш из данного исследования обобщать и распространять на другие условия производства ни в какой мере нельзя. Наоборот, можно с большой долей вероятности утверждать, что в условиях значительной запыленности (например, в льноткацких залах), в особенности при больших скоростях притока, выводы будут иные. Поскольку наш вывод касается только узко очерченных условий, для решения вопроса при всех других условиях требуются специально поставленные исследования.

Анализируя результаты исследования запыленности, мы должны подчеркнуть, что в данном случае имелся весьма существенный дефект, зависящий от несовершенства экспериментальной вентиляционной установки. В подаваемом воздухе, при контрольных исследованиях его запыленности, мы всегда обнаруживали значительныеконцентрации пыли, близкие к тем, какие имелись в общем ткацком зале, откуда брался воздух для экспериментального участка, а именно: 5 февраля приточный воздух на экспериментальный участок подавался с запыленностью 3,0 мг на м³, а 9 февраля — с запыленностью 2,1 мг на м³. Происходило это потому, что промывка воздуха в приточном воздуховоде не давала эффекта в смысле уменьшения запыленности, и воздух из общего зала перекачивался на экспериментальный участок с той степенью запыленности, какая там имелась 1.

Наряду с определением концентраций пыли в воздухе мы устанавливали количество пыли, осаждающейся из воздуха, в мг на 1 м2 в час (табл. 2). Оказалось, что наименьшее количество осаждающейся пыли наблюдается на выделенном экспериментальном участке без местного притока, несколько больше осаждается пыли на всех уровняхв общем ткацком зале и еще большие количества осаждающейся пыли наблюдаются на подопытном участке при подаче притока под станок. Это явление, несомненно, следует связать с подачей запыленного притока. Меньшая оседаемость на опытном участке без действия притока объясняется, кроме того, еще меньшей влажностью воздуха в этот период, поскольку приток под станки не давался, а от общего зала участок отгорожен завесами. Заниженная оседаемость в общем зале при более высоких концентрациях пыли, чем в подопытном участке, частично может объясняться несколько большей подвижностью воздуха.

Меньшая запыленность воздуха на экспериментальном участке в сравнении с общим залом и с приточным воздухом объясняется повышенным коэффициентом оседаемости на этом участке в сравнении с общим ткацким залом. Усиленное оседание пыли позволяет в значительной степени ассимилировать (осадить) пыль притока, повышение же коэффициента оседаемости (фактор положительный в гигиеническом отношении под углом зрения борьбы с запыленностью) объясняется, несомненно, как усиленным увлажнением циркуляционного воздуха, так и большой влажностью воздуха в зоне пылеобразования.

Определенно положительную роль в этом смысле играет и незначительность токов воздуха. Это подтверждают и наши прежние исследования на многих фабриках, где мы с совершенной очевидностью установили влияние влажности и токов воздуха на состояние его запыленности. Правда, с точки зрения физиологической, учитывая условия теплорегуляции организма и вытекающие отсюда последствия, отмеченные изменения влажности и токов воздуха при соответствующем анализе приобретают обратную гигиеническую оценку, чем с точки зрения борьбы с пылью. Здесь имеется налицо двойственность гигиенической оценки влажности и подвижности воздуха в зависимости от того, с какой точки зрения оценивать данное явление. В данном случае (с точки зрения борьбы с запыленностью) увлажнение воздуха и незначительная подвижность его играют положительную роль.

Материалы по дисперсности пыли не дают оснований делать какие-либо выводы относительно преимуществ той или иной системы подачи воздуха. Дисперсность пыли на всех этапах исследования почти одинакова.

Метеорологические условия при подаче притока через прямой насадок без щитка

Прямой насадок без щитка дает поток воздуха прямо вверх. Произведенные наблюдения с задымлением притока показали, что приточный факел охватывает большую часть станка от скала до ремиз. По вертикали факел выходит примерно на 1 м выше основы и рассеивается за габаритами станка. При увеличенном объеме притока факел поднимается выше.

При работе станка над ним и вокруг него, на рабочем месте около грудницы, создаются следующие метеорологические условия (табл. 3).

Таким образом, мы можем констатировать, что скорости движения воздуха на рабочем месте при объеме подачи не более 200 м³ в час на станок совершенно незначительны. Они становятся заметнее при увеличении притока до 300 м³ в час, причем усиление токов воздуха больше на уровне около пола и отчасти на уровне 1,5 м от пола.

При подаче притока под станок с помощью прямого насадка без щитка температура на рабочем месте выше, чем температура подаваемого воздуха на уровне 0,5 м от пола на 2,6–3,6 °C, а на уровне 1,5 м от пола — на 3,4–4,2 °C. Перепады между внутренней температурой и температурой приточного воздуха тем больше, чем выше температура притока. Иными словами, повышение температуры на рабочем месте идет усиленнее, чем повышение температуры притока, и, следовательно, с этой точки зрения должен быть установлен предел для повышения температуры притока, чтобы не вызвать резкого ухудшения на рабочем месте.

При прямом насадке (без щитка) поле наибольшего увлажнения находится между скалом и ремизом. Здесь влажность воздуха почти такая же, как и на выходе из приточного воздуховода. Навой при этом охвачен притоком лишь частично. Здесь держится влажность воздуха на 5–9% ниже, чем в воздуховоде.

При влажности притока 92% и температуре 22 °C параметры воздуха на рабочих местах подопытного участка (на уровне 1,5 м от пола) в общем не хуже, чем в среднем в цехе, а именно:


При больших объемах притока подаваемый воздух со значительной скоростью выносится за пределы станка, и, таким образом, влага идет на насыщение воздуха вне станка. С этой точки зрения большие объемы и большие скорости подачи, принося мало пользы с технологической стороны, приносят явный вред с гигиенической стороны. Правда, в производственных условиях расчет объемов притока будет зависеть от необходимости ассимилировать избытки тепла, образующиеся в цехе, но для технологических целей, как правило, нужно давать наименьшие возможные объемы притока, распределяя его спокойно под станком и не стремясь вынести за пределы станка. Это же требование диктуется и гигиеническими соображениями.

Указанные выше условия увлажнения создают значительную влажность основы, несколько большую, чем это имеет место в общих условиях цеха. Так, по исследованиям фабричной лаборатории влажность основы была (в %):

5 февраля — при скорости 200 м³ в час на участке от навоя до ламелей (вне приточного факела) — 7,84;

5 февраля — при скорости 200 м³ в час на участке от ламелей до зева — 9,97;

6 февраля — при скорости 300 м³ в час на участке от навоя до ламелей — 9,69;

6 февраля — при скорости 300 м³ в час на участке от ламелей до зева — 9,38.

В цехе в этот период влажность основы колебалась от 8,84 до 9,26%.

Следует отметить, однако, что на протяжении опыта была обнаружена значительная коррозия металлических частей станка, особенно ремиз, берда и ламелей. Это обстоятельство заставило технологов забраковать принцип подачи притока непосредственно под станок через прямой насадок (без щитка), так как с током воздуха возможен был занос на указанные металлические части неотсепарированной капельной влаги. При экспериментальной приточной установке сепаратор не был предусмотрен, что относится скорее к недостаткам в организации опыта, чем к принципам подачи притока. Этот недостаток усугубляется еще тем, что строгого предела для насыщения влагой приточного воздуха установлено не было.

Просмотр материалов исследования показывает, что в происхождении коррозии в условиях нашего опыта определенную роль могла сыграть завышенная влажность подаваемого воздуха. Относительная влажность воздуха на первом этапе работ в среднем составляла 90–92%, но были нередки случаи, когда она доходила до 96% с соответствующим снижением температуры. Само собой разумеется, это было результатом недосмотра в регулировании влажности, тем более нежелательного, что в случае пресыщения воздуха влагой облегчался вынос капельной влаги на станок (при отсутствии сепарации). То обстоятельство, что влажный воздух пускался (и в обычные дни и после выходного дня) одновременно с пуском станка, являлось вторым недостатком, могущим повести к коррозии металлических частей: после выходного дня в зимнее время металлические части, несколько охлажденные, могли конденсировать на себе влагу из подаваемого воздуха, в особенности если относительная влажность притока и без того была близка к 100%.

Следует отметить, что указанные недостатки эксперимента сыграли и свою положительную роль в том смысле, что предупредили опасность, которая таится в местной приточной системе, если не будут обеспечены соответствующая сепарация влаги и регулирование насыщения воздуха влагой не свыше определенного предела (85%).

Метеорологические условия при подаче притока через прямой насадок со щитком

Насадок со щитком, отражающий приточный воздух на навой, дает (по наблюдениям с дымками) поток воздуха в пространство между щитком и навоем с выходом воздуха вверх и сзади от навоя. Частично воздух попадает вниз и проходит под навоем, сзади него. Натянутая основа увлажняется непосредственно притоком лишь частично (от навоя до ламелей), от ламелей же до опушки основа не находится под непосредственным влиянием тока влажного воздуха. Увлажнение основы сосредоточено главным образом на навое. В конечном счете, это только иной вариант принципа увлажнения основы, который имеет то положительное значение, что при нем нет непосредственного заноса влажного воздуха на металлические части и принадлежности станка (бердо, ламели и прочие). Однако принцип увлажнения основы на навое может иметь и отрицательные стороны: концентрированные токи воздуха на рабочее место сзади навоя, изменения условий влажности на протяжении нити от навоядо грудницы

Исследования, которые были произведены при подаче притока через прямой насадок со щитком, отражающим весь приток в сторону навоя, показали следующие скорости токов воздуха над работающим станком при подаче притока 200 м³ в час на станок):

между навоем и скалом, внутри станка — 0,36 м/с (максимально 0,63 м/с);

между навоем и скалом, снаружи станка — 0,09 м/с;

между скалом и ламелями над основой — 0,17 м/c;

между ламелями и ремизами над основой — 0,06 м/c.

Приведенные данные показывают, что основной напор притока идет вверх (между скалом и ламелями). Щиток, однако, устроен таким образом, что ламели остаются вне факела и, начиная от ламелей к груднице, искусственные токи воздуха, зависимые от приточной вентиляции, отсутствуют. После прохождения нитей основы токи воздуха быстро затухают (до 0,09 м/с).

Токи воздуха вокруг станка при прямом насадке со щитком указаны в табл. 4.

Таким образом, лишь в одном месте — на уровне 1 метра от пола — отмечены относительно большие токи воздуха (максимально наблюдавшиеся — 0,23 м/с, в среднем — 0,15–0,16 м/с), что, по-видимому, связано с движением батана. В остальных точках токи воздуха меньше 0,1 м/с.

Особого внимания заслуживают два места с точки зрения влияния токов воздуха на работающий персонал: токи воздуха внизу, из-под навоя, и токи вверху навоя, из-под щитка.

Скорости токов воздуха между навоем и рамой зависят, как показали исследования, от толщины навоя. При сработанном навое (диаметр около 100 мм, при объеме притока около 200 м³ в час на станок) наблюдается наибольшее дутье: скорости токов тогда равны в среднем 0,15–0,17 м/с. Наблюдавшийся максимум — 0,31 м/с. В середине навоя токи больше, чем по краям. При диаметре навоя 350 мм скорости токов были 0,05–0,06 м/с, это указывает на то, что навой своей толщей преграждает путь воздуху вниз. При увеличении объема притока токи воздуха между навоем и рамой станка увеличиваются.

Токи воздуха вверху навоя, из-под щитка — наибольшие между скалом и ламелями, здесь они зависят целиком от толщины навоя и колеблются в среднем от 0,14 до 0,3 м/с. Чем толще навой (и, следовательно, уже щель между навоем и щитком), тем сильнее токи воздуха. Наибольшая скорость воздуха на выходе за основу наблюдалась при диаметре навоя 350 мм (от 0,2 до 0,43 м/с, в среднем 0,29 м/с), наименьшая — при диаметре навоя 100 мм (от 0,06 до 0,26 м/с, в среднем 0,14 м/с). Скорости выхода воздуха по длине навоя не одинаковы и резко колеблются между серединой и концами навоя. В то время, как на одном конце навоя (при толщине его 100 мм) воздух выходит со скоростью 0,06 м/с, к другому концу навоя, начиная с середины, скорости увеличиваются и доходят до 0,26 м/с. При толщине навоя в 200 мм соответствующие цифры будут 0,08 и 0,45 м/с. Это указывает на неравномерную раздачу воздуха по щитку (нажим притока в одну сторону), что приводит к резкому ухудшению гигиенического эффекта. Нет сомнения, что такого рода дефекты зависят от техники распределения притока и, надо думать, вполне устранимы. То же самое надо сказать и в отношении токов воздуха из-под навоя, где неравномерность напора создает сильные струи в отдельных местах, характеризуемые работающим персоналом резко отрицательно.

При влажности притока 90–95% на рабочих местах подопытного участка создаются такие же параметры воздуха, как и в общем цехе, а при подаче притока влажностью около 80% на подопытном участке влажность ниже на 5–9% при такой же температуре, как и в цехе. При подаче притока 22,3 °C с пониженной влажностью воздуха (80%) на рабочих местах впереди станка влажность воздуха составляет около 67–68% при температуре 25–25,4 °C.

Произведенные замеры температуры воздуха на разных уровнях от пола на рабочих местах подопытного участка и в цехе не показали сколько-нибудь значительной разницы, имеющей гигиеническое значение. Подача притока под станок не создает на полу вокруг станка каких-либо зон холодного воздуха. Температурные перепады по вертикали остаются в пределах 1 °C (между 0,5 и 3 метрами от пола).

Температурной разницы в 3–4 °C при подаче притока в объеме 200 м³ на станок было достаточно для ассимиляции теплоизбытков, удалению которых через верхнюю зону способствовал приток в нижнюю зону.

Технологические показатели при подаче притока под станок через прямой насадок со щитком были более благоприятны, чем на первом этапе опыта. Влажность основы держалась на уровне несколько более высоком, чем в цехе. Так, например, на опытном станке № 3 10 марта 1938 года при относительной влажности воздуха на рабочем месте у грудницы в 70% влажность основы от навоя до ламелей была 10%, от ламелей до опушки зева — 9,81%, 7 марта на контрольном станке № 6 в цехе при влажности воздуха 71% влажность основы была 9,46%, а на станке № 7 при общефабричной влажности воздуха 73% влажность основы была 9,29%. На опытном участке при влажности воздуха на рабочих местах около грудницы 65% влажность основы на станке № 2 была 9,36–9,43%. Таким образом, местный приток даже в несовершенных условиях опытного участка может сообщить основе необходимую влажность при некотором снижении влажности воздуха и температуры на рабочих местах.

Показатели обрывности, по данным технологов опытного отдела фабрики, все же держатся на 10–16% выше, чем в цехе на контрольных станках. Чем объяснить, что при достаточной влажности нити обрывность несколько завышена, — технологи сказать не могли. Возможно, что здесь играют роль какие-либо местные условия.

Подача притока с влажностью около 80–85% при помощи прямого насадка со щитком, отклоняющим поток воздуха на навой, в значительной мере улучшает дело в отношении ржавчины металлических частей станка. В сравнении с первым этапом опытов, когда приток подавался прямо вверх (без отражающего щитка), берда, ремизы и ламели на втором этапе опытов имели совершенно незначительный налет ржавчины — почти такой же, как и при обычных условиях в цехе.

Технологи отмечают, что щиток, отклоняющий приток в сторону навоя, в испытуемой конструкции не совсем удобен в эксплуатации — он мешает заправщику при заправке основы, ткачихе — при отыскании оборвавшейся нити и помощнику мастера — в случаях, когда приходится работать под станком. Оправдывая саму идею защиты частей станка (ламели, бердо, ремизы) от прямого потока влажного воздуха, технологи предъявляют ряд требований в смысле улучшения конструкции приспособления, отклоняющего приток. Щиток не является идеальным и с гигиенической точки зрения, так как он создает концентрированные потоки воздуха, которые, будучи неравномерными по оси навоя, достигают на некоторых участках значительной силы. Это приводит к тому, что некоторые из рабочих, наиболее чувствительные к температурным влияниям, жалуются на сильное дутье из-под навоя и поверх него.

Заслуживает внимания отмеченное одним из рабочих (товарищем Мневым, подмастером) наличие запаха плесени, идущего из вентиляционных отверстий (из насадков). Запах этот он отмечал по утрам после выходного дня. Произведенной проверкой состояния вентиляционных коробов установлено, что под отверстиями насадков в коробах имеются скопления пыли (пуха) толщиной в 1–2 сантиметра. Эта пыль, действительно, издавала легкий запах плесени. Это обстоятельство следует приписать тому, что при чистке решетки или же в период, когда вентиляция не работает, через решетку насадка проникала в короб пыль, при наличии большой влажности воздуха в пыли имело место образование плесени, издававшей запах. Возможность попадания пыли сверху в приточное отверстие, расположенное под станком, в эксплуатационном отношении должна быть учтена.

Выводы

Подача притока под ткацкий станок может представлять ряд выгод с гигиенической стороны — возможность более полного использования подаваемой влаги в габарите станка и за счет этого уменьшение общей влажности в цехе, возможность некоторого снижения температуры воздуха в рабочей зоне — однако это связано с устройством сильно разветвленной системы каналов или воздуховодов, которая во втором случае трудно регулируется и сложна в эксплуатации. Техническая и экономическая сторона этой системы притока требует тщательной проверки.

Наличие некоторых недостатков в описанных нами опытах (в том числе некоторое повышение обрывности) не дает права отвергать идею местного притока под ткацкий станок. Наоборот, в материалах опыта имеются все данные для того, чтобы считать, что имевшиеся недостатки в этом опыте явились результатом не всегда правильной постановки его в техническом отношении и что устранение такого рода недостатков в организации притока под станок может создать предпосылки к оправданию этого метода как с технологической, так и с гигиенической стороны.

С точки зрения охраны рабочего помещения от запыления подача притока в объеме не более 200 м³ в час под станок при выработке хлопчатобумажных высокосортных тканей не встречает возражений.

При выработке низкосортных хлопчатобумажных тканей или тканей из грубоволокнистого сырья (например, льняных), если запыленность ткацких зал превышает 4–5 мг/м³, подача притока под ткацкий станок небезопасна в смысле увеличения выноса пыли из-под станка в рабочее помещение. Однако поскольку вопрос этот не исследован, желательна проверка приведенного выше опасения.

С гигиенической точки зрения наиболее целесообразна рассеянная подача притока прямо под станок, снизу вверх, с малыми скоростями на выходе. Защита металлических частей станка от выноса влаги должна быть организована таким образом, чтобы защитные устройства сохраняли упомянутый принцип рассеянного притока с малыми скоростями на выходе из приточных отверстий. Всякого рода устройства, отклоняющие направление притока, не должны создавать концентрированных потоков или неравномерных скоростей с наличием сильных струй воздуха в отдельных местах. Увлажнение нитей основы на самом навое, если это допустимос технологической стороны, не может встретить возражений с гигиенической точки зрения при условии равномерной подачи притока на навой и с малыми скоростями выхода воздуха из-под навоя и сверх него, температура воздуха при этом не должна быть ниже определенного предела, устанавливаемого всякий раз отдельно, в зависимости от параметров воздуха внутри рабочего помещения. В условиях центральной полосы СССР в зимний период температура притока, подаваемого на навой, не должна снижаться более чем на 4 °C по сравнению со средней температурой на рабочих местах.

Для создания необходимых технологических условий в габарите станка влажность притока может быть принята в пределах 80–85%, в зависимости от способов раздачи воздуха. Влажность выше этого не должна допускаться как из технологических, так и из гигиенических соображений. Объем притока определяется из расчета борьбы с теплоизбытками, однако он не должен превышать 200 м³ в час на станок!

Поскольку весь опыт подачи притока под ткацкий станок протекал в зимний период в условиях климата Московской области, выводы, сделанные из него, не могут быть распространяемы на летний период и на другие местности с резкими климатическими отличиями. В частности, для решения вопроса о допустимости подачи притока под ткацкий станок в условиях жаркого климата (Ташкент, Ашхабад) и для установления параметров подаваемого воздуха данных опыта на фабрике им. Октябрьской революции недостаточно и требуется постановка специального опыта в соответствующих условиях.

Профессор А. И. Пахомычев

Москва, Институт гигиены труда и профзаболеваний им. В. А. Обуха

наши проекты
  • АПИК
  • Университет климата
  • Выставка «Мир климата»
  • АПИК-тест